АНАЛИТИЧЕСКАЯ СПРАВКА по анализу и обобщению судебной практики разрешения споров, связанных с возмещением убытков, причиненных нарушением обязательств

Задачами проведенного исследования были определены выявление наиболее часто встречающихся вопросов (проблем) в практике применения Арбитражным судом Курской области гражданского законодательства, касающегося возмещения убытков, причиненных нарушением обязательств, изучение их и демонстрация подходов при их решении; целью обобщения является выработка единой судебной практики применения рассматриваемой сферы законодательства, а также подготовка рекомендаций, вытекающих из судебных актов, принятых Арбитражным судом Курской области, а при их обжаловании - судебных актов Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда, Федерального арбитражного суда Центрального округа, по устранению неоднозначности толкования норм гражданского законодательства в указанной сфере деятельности.

Основами правового регулирования обобщения явились нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (с последующими изменениями и дополнениями) (далее – ГК РФ), Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (с последующими изменениями и дополнениями) (далее – АПК РФ), регулирующие гражданское законодательство, связанное с возмещением убытков, причиненных нарушением обязательств.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков.

Пунктом 2 статьи 393 ГК РФ установлено, что убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Анализу судебной практики применения Арбитражным судом Курской области гражданского законодательства, касающегося возмещения убытков, причиненных нарушением обязательств, подвергнуто 37 дел, рассмотренных судьями первого и третьего судебных составов за период с января 2011 года по ноябрь 2012 года. При анализе учитывался также такой критерий, как дальнейшая судьба принятого по делу судебного акта при обжаловании его в вышестоящих инстанциях. В результате выделено 2 основных вопроса, возникающих при применении рассматриваемой сферы законодательства: 

• при определении доказанности истцом, наличия реальных убытков, причиненных ему нарушением обязательств;

• при определении наличия неполученных доходов, которые лицо, чье право нарушено, получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Представляется возможным подробно остановиться на каждом вопросе. 

1. Вопросы, возникающие при определении доказанности истцом, наличия реальных убытков, причиненных ему нарушением обязательств.

В силу положений статей 15, 393 ГК РФ основанием для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков является совокупность следующих юридически значимых обстоятельств: наступление вреда, вина причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно–следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера убытков. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств правовые основания для взыскания убытков отсутствуют.

Кроме того, как указывалось выше, в соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Недоказанность истцом наличия всех необходимых обстоятельств для возложения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков является основанием для отказа в удовлетворении судом исковых требований.

Как свидетельствует судебная практика, наибольшую сложность вызывает вопрос именно доказанности истцом наличия всех перечисленных выше обстоятельств. 

В качестве примеров удовлетворения исковых требований в случаях доказанности истцом наличия убытков, причиненных нарушением обязательств, можно привести следующие дела. 

Пример № 1.

Дело № А35-8247/2010 по исковому заявлению ЗАО «Золотухинское дорожное эксплуатационное предприятие» (далее - ЗАО «Золотухинское ДЭП») к МУ «Дирекция единого заказчика жилищно-коммунальных услуг п. Поныри» (далее - МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри») об обязании ответчика вернуть товарно-материальные ценности (далее – ТМЦ): плитку тротуарную, бортовой (бордюрный) камень, поребрик, переданные по договору на хранение.

Согласно материалам дела решением от 17.05.2010 по делу № А35-3939/2010 ЗАО «Золотухинское ДЭП» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

В ходе осуществления деятельности, предусмотренной нормами Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий выявил, что в бухгалтерском учете за МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри» числятся не оплаченные ТМЦ, полученные от ЗАО «Золотухинское ДЭП».

Ссылаясь на то, что в судебном заседании был установлен факт отсутствия у ответчика переданных ему на хранение ТМЦ, конкурсный управляющий ЗАО «Золотухинское ДЭП» в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил свои требования и просил суд взыскать с ответчика убытки в виде реального ущерба: утраченных ТМЦ , переданных по договору хранения.

Не оспаривая факт передачи истцом ТМЦ, ответчик в своих возражениях сослался на то, что передача их по акту приема-передачи произведена в рамках отношений по подряду и не является дополнительной или самостоятельной услугой по хранению.

Судом первой инстанции не был принят во внимание указанный довод ответчика, поскольку в акте приема-передачи отсутствовала ссылка на договор подряда и указанный акт не имел отношения к МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри», так как составлен был между Администрацией Поныровского района и ЗАО «Золотухинское ДЭП».

Факт использования товаров в целях исполнения субподрядных работ по договорам подряда материалами дела не подтверждался. Договоры в рамках программы развития дорожной сети и благоустройства населенных пунктов Курской области на 2008-2009 годы, на которые ссылался ответчик, были заключены между Комитетом строительства и эксплуатации автомобильных дорог Курской области и МО «Поныровский район». Данные договоры были исполнены сторонами надлежащим образом: работы были выполнены и приняты по акту приемки выполненных работ.

МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри» и ЗАО «Золотухинское ДЭП» в этих договорах как сторона отсутствовали. Поэтому хранение материалов, переданных по акту о приеме-передаче ТМЦ на хранение, не могло осуществляться на основании и в соответствии с условиями указанных договоров. Не было ссылки на эти договоры и в акте о приеме-передаче ТМЦ на хранение, составленном и подписанном генеральным директором ЗАО «Золотухинское ДЭП» и директором МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри».

Довод ответчика о том, что ТМЦ передавались ЗАО «Золотухинское ДЭП» МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри» для производства последним работ по укладке плитки на территории Поныровского района на объектах «Памятник артиллеристам» и «Съезд на автодороге Любаж-Поныри (Родник «Рынин Ключ») и детского сада п. Поныри», документально не был подтвержден. Также не подтверждался факт использования переданных на хранение ТМЦ на указанных объектах. Акты о приемке выполненных работ были подписаны без участия МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри», на основании указанных актов в бухгалтерии ЗАО «Золотухинское ДЭП» было произведено списание материалов, использованных на этих объектах. Следовательно, МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри» не могло использовать переданные ему на хранение ТМЦ на этих объектах.

Кроме того, согласно материалам дела, объекты «Памятник артиллеристам» и «Съезд на автодороге Любаж-Поныри» не находятся на территории поселка Поныри, а детский сад поселка Поныри не был отражен ни в одном акте, пописанном в рамках Программы развития дорожной сети и благоустройства населенных пунктов Курской области на 2009 год.

На основании изложенного суд пришел к выводу, что между ЗАО «Золотухинское ДЭП» и МУ «ДЕЗ ЖКУ п. Поныри» возникли только обязательства по хранению ТМЦ, а не по договору подряда.

Доказательств обратного ответчиком представлено не было.

При таких обстоятельствах требования истца о взыскании убытков были признаны подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Девятнадцатый Арбитражный апелляционный суд, а также Федеральный Арбитражный суд Центрального округа указанное решение Арбитражного суда Курской области оставили без изменения. 

Пример № 2.

Дело № А35-253/2011 по исковому заявлению Областного государственного учреждения «Центр занятости населения города Курска» (далее – Центр) к ЗАО «Курскрезинотехника» (далее – ЗАО) о взыскании убытков, причиненных нарушением договорных обязательств.

Согласно материалам дела Центр заключил с ЗАО договоры по организации опережающего профессионального обучения работников, предметом которых являлось опережающее профессиональное обучение их в случае угрозы массового увольнения. В соответствии с условиями указанных договоров Центр обязался возмещать затраты работодателя - ЗАО на условиях договора.

Основанием для заключения вышеуказанных договоров послужил представленный ЗАО «Курскрезинотехника» приказ, в соответствии с которым на предприятии вводился режим неполного рабочего времени - трехдневная рабочая неделя сроком до шести месяцев.

По окончании опережающего профессионального обучения ЗАО «Курскрезинотехника» были предоставлены истцу: копия акта сдачи-приемки выполненных образовательных услуг; копии справок о посещаемости; копии дипломов о профессиональной подготовке работников, проходивших опережающее профессиональное обучение; копии трудовых книжек на работников, проходивших опережающее профессиональное обучение; а также счет на оплату.

На основании представленных документов Центр было произведено возмещение расходов ответчику.

Ссылаясь на то, что ответчик необоснованно по одному из договоров включил для оплаты в смету расходов рентабельность, а также обучил по трем другим договорам работников, у которых отсутствовала угроза увольнения и на них не распространялся режим неполного рабочего времени, так как после обучения они остались работать на прежних должностях, истец обратился в суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Материалами встречной проверки было установлено, что из представленного государственным образовательным учреждением дополнительного профессионального образования «Учебно-методический и инженерно-технический центр» расчета стоимости обучения и проверке знаний группы из 25-ти человек следовало, что в статьи затрат стоимости обучения была включена рентабельность.

Однако это не было предусмотрено Приложением 2 к Порядку организации опережающего профессионального обучения работников в случае угрозы массового увольнения и пунктом 6 Порядка организации опережающего профессионального обучения работников в случае угрозы массового увольнения, утвержденного приказом Комитета по занятости населения Курской области № 01-49 от 08.04.2009.

Кроме того, судом было установлено, что все обучаемые по другим двум договорам работники одновременно с процессом прохождения обучения продолжали трудиться на своих рабочих местах 40-часовую рабочую неделю.

Таким образом, материалами дела подтвердился факт нарушения ответчиком условий договоров, что повлекло причинение убытков ОГУ «Центр занятости населения г. Курска» как главному распорядителю бюджетных средств.

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании убытков были признаны судом первой инстанции подлежащими удовлетворению.

Девятнадцатый Арбитражный апелляционный суд указанное решение Арбитражного суда Курской области оставил без изменения. В Федеральном арбитражном суде Центрального округа данное решение не обжаловалось. 

Пример № 3.

Дело № А35-6706/2011 по исковому заявлению ООО «Жилсервис «Центр» к ООО «Лава» о взыскании убытков, причиненных нарушением обязательств договора строительного подряда.

Согласно материалам дела между ООО «Жилсервис «Центр» и ООО «Лава» был заключен договор строительного подряда, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы в жилом доме по капитальному ремонту шиферной кровли, фасада жилого дома.

Во исполнение обязательств по договорам ответчик выполнил работы и сдал заказчику по акту приема-передачи объект в эксплуатацию.

Впоследствии в период гарантийного срока эксплуатации при обследовании жилых домов ООО «Жилсервис «Центр» с участием подрядчика были выявлены недостатки, которые зафиксированы в акте обследования. Истец обратился к ответчику с требованием устранить обнаруженные недостатки. Ответчик письмом гарантировал исправление дефектов, однако впоследствии их не устранил. Кроме того, в управляющую организацию ООО «Жилсервис «Центр» поступили жалобы по залитию квартир данного жилого дома.

Несмотря на неоднократные обращения истца, ответчик не принял должных мер по устранению указанных недостатков, в связи с чем истец заявил письменный отказ от дальнейшего исполнения договора строительного подряда.

Поскольку ответчиком не были устранены выявленные недостатки работ, ООО «Жилсервис «Центр» вынуждено было привлечь к устранению недостатков иную подрядную организацию, заключив с ООО «ЖЭУ-6 Центр» договор строительного подряда на выполнение работ по устранению дефектов кровли после капитального ремонта в многоквартирном жилом доме.

Из представленного в материалы акта обследования следовало, что ответчик выполнил работы по капитальному ремонту шиферной кровли и фасада здания жилого дома с ненадлежащим качеством.

Данный факт подтвердился результатами судебной экспертизы, проведенной в рамках арбитражного дела.

Бездействие ответчика послужило основанием для привлечения истцом сторонней организации ООО «ЖЭУ-6 Центр» для выполнения работ по устранению дефектов после капитального ремонта кровли жилого дома.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания убытков в виде реального ущерба.

Данное решение в судах вышестоящих инстанций не обжаловалось. 

Аналогичный результат при рассмотрении подобных требований наблюдается по следующим делам: № А35-6972/2010, № А35-12088/2010, № А35-2728/2011, № А35-3988/2011, № А35-5279/2011, № А35-5694/2011, № А35-8854/2011, № А35-13157/2011. 

В качестве примеров отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении убытков, причиненных нарушением обязательств, ввиду недоказанности истцом факта наличия таких убытков можно привести следующие дела. 

Пример № 1.

Дело № А35-758/2010 по исковому заявлению ИП Рындиной Н.В. (далее – предприниматель) к ОАО «Курская энергосбытовая компания» (далее – Компания) о возмещении убытков в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору энергоснабжения.

Согласно материалам дела между Компанией и предпринимателем был заключен договор энергоснабжения складских помещений.

Предприниматель заключил с ООО «Теплоснаб» договор складского хранения, по которому последнее передало на хранение предпринимателю продукты питания. Согласно условиям договора данные продукты должны были храниться при температуре от +1 до +10 градусов.

Предприниматель сослался на то, что в ночь с 29 на 30 января 2007 года Компания необоснованно прекратила подачу электрической энергии, в результате чего в помещениях складов было отключено отопление, чем нарушен температурный режим хранения продуктов, а находящаяся на складах продукция испорчена.

30.01.2007 был составлен акт обследования товарно-материальных ценностей, находящихся на хранении по договору складского хранения, подписанный предпринимателем, кладовщиком и охранником, в котором было указано, что продукция, находящаяся на складах, в связи нарушением температурного режима испорчена (разморожена), тара утрачена. Какая температура воздуха была в этот момент в помещениях складов и каков характер повреждения продуктов питания и тары, в акте указано не было.

02.02.2007 предпринимателем по факту порчи продуктов питания на складах в результате отключения электроэнергии было направлено письмо Компании с просьбой направить представителя для проведения осмотра товарно-материальных ценностей, испорченных в результате отключения электроэнергии, и составления акта 12.02.2007.

В акте о порче товарно-материальных ценностей, составленном предпринимателем и представителем ООО «Техснаб» 12.02.2007, также было указано, что продукты питания разморожены, тара утрачена.

15.02.2007 ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Курской области» было проведено обследование пищевой продукции, находящейся на хранении у предпринимателя и установлено, что в процессе хранения был нарушен температурный режим, целостность упаковки товара, в связи с чем пищевая продукция представляла непосредственную угрозу жизни и здоровью людей. Одновременно было принято постановление ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Курской области в Щигровском районе» об уничтожении забракованных продуктов, согласно которому вышеуказанные продукты питания были сняты с реализации.

Ссылаясь на то, что порча товара, находящегося на хранении, произошла по вине ответчика, истец обратился в суд с иском.

Судом было установлено, что согласно заявке на введение ограничения режима потребления электроэнергии ограничение должно было быть произведено 30.01.2007. Фактически отключение было осуществлено 02.02.2007, что подтверждалось документами, представленными в материалы дела третьим лицом – ОАО «МРСК Центра» в лице филиала «Курскэнерго». Доказательством того, что 30.01.2007 ограничение электропотребления не было произведено, являлся акт снятия показаний приборов коммерческого учета ОАО Курскэнерго» от 31.01.2007, подписанный, в том числе, и ИП Рындиной Н.В.

При оценке акта-предписания, составленного Государственным инспектором Управления по техническому и экологическому надзору Ростехнадзора по Курской области, которым была проведена тематическая проверка в период с 29.01.2007, следовало, что в нем не значились сведения об отсутствии энергоснабжения. Акт товарно-материальных ценностей от 30.01.2007 не мог являться доказательством отсутствия электроэнергии по вине ответчика, так как носил односторонний характер, в то же время другие доказательства, подтверждающие перерыв в подаче электроэнергии именно в спорный период, истцом не были представлены.

Из материалов дела также следовало, что истцом для участия в осмотре товаро-материальных ценностей представитель ответчика был вызван не 30.01.2007, а 02.02.2007, что являлось косвенным подтверждением того, что в ночь на 30.01.2007 подача электроэнергии не прекращалась.

Истцом и поклажедателем – ООО «Теплосннаб» акт о порче продуктов питания был составлен по истечении 12 дней после прекращения, по мнению истца, подачи электроэнергии, а акт о списании товара с участием представителя филиала ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Курской области в Щигровском районе» был составлен спустя 16 дней после этой даты. В этой связи не представлялось возможным однозначно определить как дату порчи продуктов питания, так и ее причину возникновения. Кроме того, истец не указал, к какому из энергоустановок (далее – фидер) было подключено энергоснабжение складов, в которых хранились продукты питания. В документах по ограничению подачи электроэнергии, представленных ответчиком и третьим лицом, было указано на прекращение подачи электроэнергии, поступающей через фидер база «Азот». Прекращение подачи электроэнергии на склады в документах не отражено.

Проверка состояния принадлежащих истцу энергоустановок была проведена ООО «Горшеченское партнерство менеджеров». Учитывая неудовлетворительное состояние энергоустановки, отмеченное ООО «Горшеченское партнерство менеджеров» в дефектном акте, отсутствие отопления и порча продуктов питания в складах были возможны в любое время по причине отказа в работе принадлежащих истцу энергоустановок. Вместе с тем, истцом не были представлены доказательства установки на складах электроотопления, а также технические условия на его установку.

Таким образом, доказательств того, что порча продуктов питания явилась следствием ввода ответчиком ограничения электроэнергии в ночь с 29.01.2007 на 30.01.2007 года, истец не представил.

В связи с изложенным выше, в удовлетворении исковых требований было отказано.

Девятнадцатый Арбитражный апелляционный суд, Федеральный арбитражный суд Центрального округа указанное решение Арбитражного суда Курской области оставили без изменения.

Пример № 2.

Дело № А35-6185/2012 по исковому заявлению Федеральной налоговой службы (далее – ФНС) о взыскании с руководителя предприятия банкрота Тарасова И.П. (далее – руководитель) убытков в порядке субсидиарной ответственности.

Согласно материалам дела определением арбитражного суда требования ФНС к ООО «СадКо» были признаны обоснованными и в отношении ООО «СадКо» была введена процедура наблюдения. Решением суда ООО «СадКо» было признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него было открыто конкурсное производство. Определением арбитражного суда процедура конкурсного производства в отношении ООО «СадКо» была завершена. С ФНС в пользу конкурсного управляющего было взыскано вознаграждение.

Ссылаясь на то, что неправомерными действиями руководителя ООО «СадКо» было вызвано банкротство ООО «СадКо» и причинены убытки ФНС России, как уполномоченному органу, что ответчик, являясь руководителем ООО «СадКо», в нарушение пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве своевременно не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СадКо» банкротом, истец, руководствуясь статьями 9, 10 Закона о банкротстве, статьей 56 ГК РФ, обратился в арбитражный суд с иском.

Обосновывая размер убытков, истец указал на задолженность ООО «СадКо» перед бюджетом Российской Федерации и на взысканное с ФНС в пользу конкурсного управляющего вознаграждения.

Изучив материалы дела, арбитражным судом было установлено, что руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязаны были обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Данное заявление должно было быть направлено не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 указанного Закона.

Таким образом, из приведенных норм следует, что доказыванию в рамках иска о привлечении руководителя предприятия к субсидиарной ответственности подлежат следующие обстоятельства: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 указанного выше Закона; установление даты возникновения этого обстоятельства; установление даты возникновения обязательства по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Однако истец не представил суду доказательств возникновения какого-либо обстоятельства, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не указал точную дату возникновения этого обстоятельства, а также точную дату возникновения обязательства ответчика по обращению в арбитражный суд с заявлением должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине, в том числе, руководителя должника, который имеет право давать обязательные для должника указания или имеет возможность иным образом определять его действия, на него, в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. Аналогичная норма содержится в абзаце 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ.

Учитывая то обстоятельство, что истцом не была доказана вина ответчика в банкротстве ООО «СадКо», а также не была обоснована причинно-следственная связь между использованием Тарасовым И.П. как руководителем своих прав в отношении должника и наступившими отрицательными последствиями у ООО «СадКо» в виде его банкротства, у суда отсутствовали основания для взыскания с ответчика убытков в порядке статьи 10 Закона о банкротстве и статьи 56 ГК РФ.

Девятнадцатый Арбитражный апелляционный суд указанное решение Арбитражного суда Курской области оставил без изменения. 

Аналогичный результат при рассмотрении подобных исковых заявлений наблюдается по следующим делам: № А35-12568/2009, № А35-10223/2010, № А35-11424/2010, № А35-11444/2010, № А35-14381/2010, № А35-1177/2011, № А35-1179/2011, № А35-2646/2011, № А35-3053/2011, № А35-3987/2011, № А35-5721/2011, № А35-6189/2011, № А35-12254/2011, № А35-342/2012. 

Таким образом, в целях определения доказанности лицом, чье право нарушено, наличия реальных убытков, причиненных ему нарушением обязательств, суду необходимо установить совокупность всех юридически значимых обстоятельств, предусмотренных гражданским законодательством Российской Федерации в рассматриваемой сфере деятельности. 

2. Вопросы, возникающие при определении наличия неполученных доходов, которые лицо, чье право нарушено, получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Особую сложность представляет собой доказывание убытков именно в форме упущенной выгоды. Хотя общие принципы для определения таких убытков и установлены в статье 15 ГК РФ, в соответствии с которой под упущенной выгодой, в частности, понимаются неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено, но их явно недостаточно. Поэтому пункт 4 статьи 393 ГК РФ специально предусматривает дополнительные условия для подтверждения расходов по возмещению упущенной выгоды, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Причем наличие таких подтверждений в виде доказательств является обязательным.

По смыслу указанных выше норм гражданского законодательства, лицо, право которого нарушено, должно представить доказательства подтверждающие наличие обязательства; нарушение данного обязательства; причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств; размер убытков, возникших у истца; принятие необходимых мер и приготовлений для получения прибыли.

Практика по рассмотрению дел о возмещении упущенной выгоды свидетельствует о малочисленности дел указанной категории, а также о том, что иски о взыскании упущенной выгоды удовлетворяются крайне редко. В качестве причин этого является, в первую очередь, сложность доказывания упущенной выгоды.

За период с января 2011 года по ноябрь 2012 года Арбитражным судом Курской области рассмотрено 6 дел указанной категории и ни по одному из них исковые требования не подлежали удовлетворению. 

В связи с изложенным выше, в практике применения гражданского законодательства в части, касающейся возмещения убытков, причиненных нарушением обязательств, особое внимание заслуживают вопросы определения наличия упущенной выгоды. 

Пример № 1.

Дело № А35-12634/2010 по исковому заявлению ОГУП «Курская агропромышленная лизинговая компания (далее – ОГУП «Курскагропромлизинг») к ОАО «Конышевское хлебоприемное» о взыскании убытков в виде упущенной выгоды, вызванных несвоевременным возвратом имущества с хранения.

Согласно материалам дела между Комитетом агропромышленного комплекса Курской области (государственный заказчик) и ОГУП «Курскагропромлизинг» (исполнитель) был заключен государственный контракт, предметом которого являлось передача выполнения части функций от имени государственного заказчика по формированию заказов на закупку и поставку зерна в страховой фонд 2007 года исполнителю за счет средств, предоставляемых из областного бюджета от реализации зерна, собранного в страховой фонд в предшествующие годы в соответствии с постановлением Губернатора Курской области «О страховом фонде зерна».

В соответствии с Государственным контрактом ОГУП «Курскагропромлизинг», выполняя функции «государственного заказчика», в том числе по согласованию с Комитетом агропромышленного комплекса Курской области, имело право заключать договоры с хлебоприемными (зерноперерабатывающими) предприятиями области, определенными исполнителем по конкурсу, на приемку и ответственное хранение зерна страхового фонда, ведение его учета и оформление операций с ним.

Таким образом, ОГУП «Курскагропромлизинг» (поклажедатель) заключило договор хранения зерна страхового фонда Курской области с ОАО «Конышевское хлебоприемное» (хранитель).

Во исполнение условий договора поклажедатель передал зерно на ответственное хранение хранителю.

В ходе хранения произошло ухудшение качества зерна, что привело к его непригодности для использования в продовольственных целях. Это подтверждалось протоколом, составленным ФГУ «Центр оценки качества зерна».

Поклажедатель неоднократно предлагал хранителю восстановить зерно – рожь продовольственную с качественными показателями, соответствующими требованиям ГОСТа. Однако хранитель не предпринял мер по восстановлению зерна, в результате чего у поклажедателя образовалась задолженность по зерну перед бюджетом Курской области.

Поклажедатель ранее обращался в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к хранителю о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим хранением зерна. Решением Арбитражного суда Курской области требования поклажедателя были удовлетворены в полном объеме и ему в счет возврата бюджетного кредита в бюджет были возвращены денежные средства.

Поклажедатель, ссылаясь на то, что несвоевременный возврат имущества с хранения повлек причинение ему убытков в виде упущенной выгоды в размере 354 000 руб., обратился в суд с иском.

В процессе рассмотрения данного дела истцом не предоставлены доказательства обоснованности требования о взыскании упущенной выгоды с учетом норм статей 15 и 393 ГК РФ.

Имеющаяся в материалах дела копия протокола согласования цен на зерно, закупаемое в страховой фонд зерна Курской области 2007 года, также не свидетельствовала о правомерности требований истца, как и копия сведений о наличии зерна страхового фонда Курской области на хлебоприемных предприятиях.

Зная о вышеуказанных документах, истец не лишен был возможности включить в установленном законом порядке в договор хранения, заключенный с ответчиком, условие о полном погашении убытков, исходя из стоимости закупленного в страховой фонд зерна в 2007 году, вместе с тем, не воспользовался данным правом.

Оценив изложенное, суд отказал в удовлетворении требования истца о взыскании с ответчика суммы убытков в виде упущенной выгоды.

Девятнадцатый Арбитражный апелляционный суд указанное решение Арбитражного суда Курской области оставил без изменения. В Федеральном арбитражном суде Центрального округа данное решение не обжаловалось.

Пример № 2.

Дело № А35-14643/2011 по исковому заявлению ИП Чумаковой Ю.А. (далее – предприниматель) к ООО Группа компаний «Промресурс» (далее ООО ГК «Промресурс») о взыскании убытков в виде упущенной выгоды.

Согласно материалам дела между ООО ГК «Промресурс» (Арендодатель) и предпринимателем (Арендатор) был заключен договор аренды, по которому арендованное имущество было передано предпринимателю по акту приема-передачи.

В качестве оснований иска предприниматель сослался на то, что 22.06.2011 Арендодатель ограничил доступ Арендатора в арендуемое помещение, опечатав его со всем находящимся там имуществом, принадлежащим Арендатору, чем сделал невозможным осуществление предпринимательской деятельности и получение прибыли.

Убытки, возникшие у предпринимателя ввиду противоправных действий ООО ГК «Промресурс», состояли из недополученной прибыли. Согласно справке, расчет средней выручки в день составлял 19 406 руб. 82 коп. С 22.06.2011 по 08.08.2011 в результате противоправных действий ООО ГК «Промресурс» предприниматель не осуществлял предпринимательскую деятельность. Убытки в данный период времени составили 931 527 руб. 36 коп.

Указанные обстоятельства послужили поводом для обращения предпринимателя в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением.

Истец в обоснование требования о взыскании убытков в виде упущенной выгоды сослался на противоправные действия ООО ГК «Промресурс», выразившиеся в ограничении доступа в арендуемые помещения, подтвержденные актами о фиксации факта ограничения доступа в арендуемые помещения за период с 22.06.2011 по 29.06.2011. Вследствие чего ИП Чумакова Ю.А. не могла осуществлять предпринимательскую деятельность в виде розничной торговли товаром, находящимся в арендуемом помещении.

Акты о фиксации факта ограничения доступа в арендуемые помещения были составлены ИП Чумаковой Ю.А. в присутствии продавцов. Подписи полномочного представителя ответчика в акте не имелось, акт не содержал указания на то, что представитель ответчика от подписи отказался.

Других доказательств отсутствия возможности использования помещения материалы дела не содержали. Кроме того, судом было установлено и не отрицалось истцом, что в спорных помещениях находились вещи ИП Чумаковой Ю.А. Однако истец не представил доказательств того, что он предпринимал какие-либо меры для недопущения возникновения убытков в виде упущенной выгоды.

Кроме того, из ответа ООО ГК «Промресурс» на претензию ИП Чумаковой Ю.А. следовало, что согласно двустороннему соглашению договор аренды был расторгнут с 01.07.2011. Арендуемое помещение было возвращено Арендатором по акту приема-передачи. К моменту передачи помещение не было освобождено от находящегося там оборудования и товара, принадлежащего ИП Чумаковой Ю.А., вплоть до 08.07.2011. Никаких сообщений относительно намерений по распоряжению указанным имуществом в адрес ООО ГК «Промресурс» не поступало. По указанной причине ООО ГК «Промресурс» было вынуждено при участии эксперта Торгово-промышленной палаты произвести актирование и оценку имущества и принять его на ответственное хранение. Указанные истцом обстоятельства не могли быть квалифицированы в качестве существенного нарушения договорных обязательств со стороны Арендодателя.

Между тем, истцом не были представлены доказательства того, что при обычных условиях гражданского оборота он получил бы в спорный период прибыль именно в заявленном размере, что он принял какие-либо меры для получения этой прибыли и осуществил какие-либо приготовления и что истец при определении неполученной прибыли учел документально подтвержденные затраты, которые он должен был произвести.

Исходя из изложенного, в удовлетворении исковых требований истцу было отказано.

Данное решение в судах вышестоящих инстанций не обжаловалось. 

Аналогичные вопросы в практике применения гражданского законодательства в сфере возмещения убытков в виде упущенной выгоды также возникали в принятии решений Арбитражного суда Курской области по следующим делам: № А35-822/2011, № А35-2729/2011, № А35-12159/2011. 

Полагаем возможным сделать вывод о том, что при определении доказанности лицом, чье право нарушено, убытков в виде упущенной выгоды, причиненных ему нарушением обязательств, суду необходимо определить наличие совокупности всех юридически значимых обстоятельств, предусмотренных гражданским законодательством Российской Федерации в рассматриваемой сфере деятельности.

Опубликовано: 29.05.2013 14:43 Обновлено: 04.05.2023 10:58